Vladimir Petrushevsky

An Archive

February 20, 1920

Там же.

Поехал в город и был в театре и общегородском собрании. Приезжал представитель атамана Семенова – генерал-лейтенант Семенов (дядя), и ему устроили обед, где были и японцы. Говорят, что атаман Семенов – Верховный правитель, а генерал Войцеховский – Главнокомандующий. Дивизии, согласно приказу, сводятся в полки, и приказано готовиться к наступлению. Многие стоят за то, чтобы власть Семенова не признавать, а идти за границу. Мне ужасно надоела вся эта кутерьма. Хоть бы скорее мир наступил. А то тащись ещет 1000 верст до Манчжурии без обоза, верхом. Беспокоюсь за Тоню, как-то справляется она с хозяйством. Все, что совершается, так неожиданно, что в 14-ом году я бы не поверил.

Масло здесь 300 руб фунт, обещают жалование в месяц мне 3000 руб, иначе говоря 4 руб, если считать, что масло было 40 коп фунт. Японцы к 26-ому должны якобы эвакуироваться.

See above.

I traveled to the city and went to a theater and a city-wide meeting. A spokesman for Ataman Semyonov was there—General-Lieutenant Semyonov (his uncle)—and a lunch was given for him, which some Japanese also attended. People are saying that Ataman Semyonov is the Supreme Ruler and General Voitsekhovsky is the Commander-in-Chief. The divisions, as ordered, are being split up into regiments and have been ordered to prepare to go on the offensive. Many insist on not recognizing Semyonov’s authority and leaving the country. I am terribly sick of all this commotion. If only peace would come more quickly. Or else go trudge another 1,000 versts to Manchuria without a convoy, on horseback. I am worried about Tonia; somehow she is managing the housework. Everything that happens is so unexpected that in 1914 I would not have believed it.

Butter costs 300 rubles per funt here. I have been promised a salary of 3,000 rubles a month—in other words, 4 rubles, assuming that butter was 40 kopecks per funt. Supposedly the Japanese must evacuate by the 26th.