June 16th, 1917
Сегодня эскадрон обидел меня. По приказу я должен был выяснить число лиц сочувствующих “Всероссийскому военному союзу Армии и Флота”. Была предложена программа. И вот молодые стали кричать: “Да это опять старый режим!” Дошло дело до того, что кричали: “Почему всегда в 11-ом эскадроне занятия и приказы, а в других всегда свободное время?” На это я заявил, что такими людьми я командовать не желаю и могу сдать эскадрон в любой момент, как член Особой Комиссии, а пока на завтра занятия будут для желающих учиться бить врага. Старые гусары приходили ко мне и говорили: “Беда с таким пополнением”.
Today the squadron offended me. My orders were to find out the number of persons sympathetic to the All-Russian Military Union of the Army and Navy. I offered a proposal. But then the young began to shout, “Oh, it’s the old regime again!” It got to the point where they shouted, “Why do we always have drills and orders in the 11th Squadron while the others always have free time?” To this I stated that I had no desire to command such men and could turn in the squadron at any time as a member of the Special Commission, but in the meantime, drills would be held tomorrow for those who wished to learn how to beat the enemy. The old Hussars came to me and said, “It’s no good with such a replacement.”